+7 495 134 14 62
info@gardium.ru

/

+7 495 665 82 58
Личный кабинет

Fair use и доктрина «расширяющего полезность использования»

В США доктрина fair use выступает инструментом установления содержательных границ исключительных авторских прав. Речь идет о «тесте», на соответствие которым проверяются действия ответчика; совокупности абстрактных условий, при наличии которых допускается использование произведения без разрешения правообладателя. Так, ст. 107 Закона об авторском праве США установила четыре критерия для определения допустимости использования объекта авторского права без согласия правообладателя.

Читайте IP-юристов в Telegram

При оценке справедливости такого использования принимаются во внимание следующие обстоятельства.

1. Цель использования, в том числе коммерческий или некоммерческий характер.

В Законе об авторском праве США приведены примеры справедливых (например, некоммерческое образование, критика, комментарии, сообщения в новостях, обучение — стипендия и исследования) и недобросовестных целей (например, коммерция). Данный фактор дополняет доктрина «преобразовательного использования». В соответствии с ней добросовестным использованием признается творческое, нацеленное на создание новых ценных объектов авторских прав использование чужого произведения. При этом подобный новый объект (согласно четвертому критерию, об этом ниже) не может заменить оригинальный объект авторского права, конкурировать с ним. В то же время американские суды сформулировали и обратное правило: некоммерческая цель использования сама по себе не означает, что использование является добросовестным, хотя и повышает шанс на то, что оно будет признано таковым.

2. Характер произведения.

В данном случае суды анализируют сущность самой работы. Прежде всего учитывается присущий ей уровень творчества. Чем он выше, тем вероятнее, что использование будет квалифицировано в качестве нарушения исключительного права. В то же время использование произведения, содержание которого составляет историческая или новостная информация, при соблюдении других требований может быть признано добросовестным. Таким образом, границы исключительного права расширяются или сужаются в зависимости от ценности объекта авторского права, творческого вклада автора. Большое значение также имеет тот факт, было опубликовано произведение или нет. При отрицательном ответе на вопрос суд не признает использование добросовестным, что вполне закономерно. Если произведение было ранее опубликовано, то правообладатель, вероятнее всего, успел получить какую-либо прибыль от его коммерциализации.

3. Объем и существенность заимствования в отношении охраняемого произведения.

При оценке действий пользователя на соответствие данному критерию учитываются количественные показатели использования (число копий, созданных нарушителем, объем используемой части произведения). Если субъект использует значительную часть произведения либо контент, представляющий в объекте наибольшую ценность, то речь, вероятнее всего, идет о нарушении исключительного права. Данный критерий, как будет показано ниже, может быть использован при установлении как содержательных, так и объектных границ. В первом случае он используется, чтобы установить, соответствовал ли объем использования целям цитирования; изъятию для личного использования. Применительно к объектным границам мы будем говорить о доктрине существенной части.

4. Воздействие, которое такое использование оказывает на потенциальный рынок или ценность охраняемого произведения.

Суды исходят из того, что при коммерческом использовании произведения ответчика, которое выражается в простом дублировании оригинала, на стороне правообладателя возникают рыночные потери. При этом они определяют возможный негативный эффект от использования произведения ответчиком за пределами прямого замещения. Например, оценивается воздействие такого использования на рынок лицензий. Если оно дестимулирует заинтересованных лиц к получению лицензии у правообладателя, суд, вероятно, удовлетворит иск о нарушении исключительных прав.

Американские суды исходят из того, что приведенные критерии должны оцениваться с учетом особенностей каждого конкретного случая.

Доктрина расширяющего полезность использования представляет собой разновидность, достаточно дискуссионную, доктрины fair use. В соответствии с ней добросовестным признается творческое использование чужого произведения: ответчик предоставляет информацию об оригинале или расширяет его полезность, даже если он не создал добавочного выразительного контента. 

Как применяется

Во-первых, на основе доктрины fair use в США судебная практика выработала перечень случаев свободного использования, подобный тому, который установлен в континентально-европейских правопорядках на законодательном уровне. К таким случаям относятся, в частности, пародийное использование, правомерное цитирование, иллюстрирование, использование в личных целях. В США подобный перечень является результатом судейского правотворчества.

Во-вторых, с позиции fair use оцениваются новые возможные случаи свободного использования, в том числе порожденные интернет-творчеством. Так, по мнению отдельных американских ученых, к случаям свободного использования может быть отнесено создание и использование мемов интернет-пользователями (в некоммерческих целях).

В-третьих, за счет доктрины расширяющего полезность использования американские суды предпринимали попытки дополнить перечень изъятий из исключительных прав применительно к цифровой сфере. Добросовестным признавалось использование чужих объектов авторских прав разработчиками инновационного программного обеспечения, новых цифровых сервисов, служащих эффективной разработке, представлению информации (см. ниже: дело Googlebooks; дело Google).

Плюсы данной доктрины

Ее применение делает систему содержательных границ, случаев свободного использования более гибкой в сравнении с принятым в российском праве перечневым подходом: закрепления в ГК РФ исчерпывающего перечня случаев свободного использования.

В условиях трансформации инновационных процессов, цифровых вызовов у судов есть возможность определить новые случаи свободного использования, не дожидаясь законодателя.

Нужна ли российскому праву доктрину fair use

В российском праве содержательные границы авторских прав установлены посредством закрытого перечня конкретных случаев свободного использования произведений. Доктрина fair use при этом не используется. Некоторые ученые предлагают ее заимствовать. Такое решение вряд ли является целесообразным.

В сфере российского авторского права отсутствуют политико-правовые причины для перехода от случаев свободного использования к единой доктрине fair use. Подобное решение могло бы породить хаос в российском авторском праве, дестабилизировать систему. Эффективность доктрины fair use определяется, в первую очередь, адекватностью судебной процедуры. Сам по себе четырехуровневый тест — лишь «вершина айсберга». Он может эффективно применяться при его уточнении на уровне судебной практики.

Перечневый подход обладает следующими преимуществами:

  1. незначительный риск принятия судами произвольных решений;

  2. обеспечение правовой определенности, поскольку все третьи лица осведомлены о содержании и объеме исключительных прав правообладателя;

  3. незначительность издержек, связанных с правоприменением.

Другой вопрос, что некоторые установленные в ГК РФ положения следует несколько смягчить.

Что касается расширяющего полезность использования, то оно не может быть однозначно определено как случай свободного, добросовестного использования. Данная концепция изначально лишена достаточной правовой определенности, что делает ее непригодной для установления границ исключительного авторского права. В американской практике до сих пор не выработано четких подходов к ее применению.

Правовые конфликты, связанные с полезным использованием чужих объектов авторских прав в инновационных продуктах, оправдано решать за счет установления пределов осуществления и защиты исключительных прав. Судам следует учитывать, в частности, что ответчик не просто незаконно использовал чужой объект, но и предложил собственный инновационный продукт, сервис, который обладает определенной ценностью. Вопрос — насколько значительной с позиции функций по стимулированию научного и культурного развития. В то же время сам правообладатель не готов использовать свое произведение подобным ответчику способом. В таком случае возможным представляется следующее решение: отказ в удовлетворении требования о запрете при установлении разумных роялти за будущее использование.

Книга в подарок
Дайджест
IP Дайджест для юристов

Новости и аналитика по интеллектуальному праву от д.ю.н. ежемесячно

Примеры

Mattel Inc. v. Walking Mountain Prods.:

В конце 1990-х гг. американский художник Том Форсайт представил на выставке фотографии, главным объектом которых стала кукла Барби. Серия фотографий получила название «Пищевая цепь Барби». На снимках кукла была представлена преимущественно в обнаженном виде в окружении кухонной утвари (в миксере, духовке, стаканах и кастрюлях) и в эротических позах. В августе 1999 г. Mattel Inc., компания-производитель Барби, подала на Тома Форсайта иск о нарушении авторских прав и прав на товарный знак. Истец требовал запрета выставки. Ответчик не признал иск. Его представители утверждали, что истец посягнул на свободу выражения мнения. Использование Барби как объекта авторского права носило добросовестный характер.

Суд встал на сторону ответчика, признав подобное использование пародийным. При этом он отметил, что истец позиционировал Барби в качестве идеальной американской женщины. Ответчик же перевернул все с ног на голову как буквально, так и символически. Суд исходил из того, что фотографии Форсайта представляют собой художественный комментарий к конкретным общественным явлениям. При этом он сослался на Первую поправку к Конституции США, провозгласившую свободу слова.

Суд сделал вывод, что Форсайт, вероятно, ожидал получения прибыли от своих работ. Но этот факт нельзя обратить против него по той причине, что серия его фотографий была новаторской и представляла собой пародирование.

Authors Guild v. Google:

Суд признал добросовестным использованием действия компании Google по оцифровке в рамках проекта Google Books множества опубликованных книг и размещение на сайте их фрагментов с предоставлением потребителям возможностей полнотекстового поиска. Суд исходил из того, что ответчик создает для общества значительные преимущества, содействует прогрессу науки и культуры, уважая при этом права авторов и не причиняя имущественного вреда правообладателям. Проект дает потребителям информацию о книгах, недоступную из других источников. Позволяет эффективно идентифицировать и находить нужную информацию. Облегчает доступ к научным произведениям.

Oracle Am. v. Google Inc:

В конце 90-ых компанией Sun Microsystems была создана программа Java SE. Разработчиками были написаны небольшие программы, которые описывали рутинные операции.Блоки таких программ назывались «application programming interface» или сокращенно API, а сама программа, покрывающая необходимость описания той или иной операции, называлась «метод» («method»), который был «упакован» в «классы» («class») и «пакеты» («package»). Эти пакеты позволяли программистам использовать готовый код, чтобы описать необходимую операцию в их собственной программе вместо того, чтобы писать код, выполняющий эту операцию, с «нуля». К 2008-му году язык состоял из 166 пакетов, в которые входили более 600 классов, которые, в свою очередь, состояли из более чем 6000 методов. Java-приложения могли исполняться на огромном количестве устройств.

В 2005 году Google поглотил компанию Android Inc. и начал переговоры с Sun Microsystems об адаптации и использовании языка Java на мобильной платформе. Однако стороны не договорились об условиях и после нескольких месяцев переговоры были прекращены.

Google создала свой язык программирования на основе Java. Google написал с «нуля» собственные 168 API. В 37-ми из них использовалась логическая структура Java: на обеих платформах полностью совпадали пакеты, классы и методы. На это были причины. В случае изменения логической структуры программ, наименований команд и последовательности, программисты, которые привыкли к Java, столкнулись бы с существенными сложностями при переходе на Android. API позволяет программистам обращаться к заранее написанные вычислительные задачи для использования в собственных программах.

Google скопировал примерно 11 500 строк кода из программы Java SE. Совпадение программ Sun Microsystem и Google составило 3%. Скопированные строки являются частью инструмента, называемого интерфейсом прикладного программирования (API). В 2009 компания Oracle Am. поглотила Sun Microsystem. После этого она предъявила иск к Google о нарушении исключительных прав на программу Java SE.

Дело прошло несколько кругов рассмотрения. Основные вопросы, рассмотренные судами:

  1. охраняются ли использованные элементы программы авторским правом;

  2. можно ли оправдать использование ответчиком данных элементов с позиции доктрины fair use (при положительном ответе на первый вопрос).

Первый круг рассмотрения

Суд первой инстанции: спорная часть программы для ЭВМ не является охраноспособной.

Суд апелляционной инстанции: спорная часть программы охраноспособна. Дело отправлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции для установления того, подпадают ли действия ответчика под институт добросовестного использования.

Второй круг рассмотрения

Суд первой инстанции: использование части программы ответчиком было добросовестным, что исключает привлечение Google к ответственности.

Суд апелляционной инстанции: использование не было добросовестным. Действия ответчика представляли собой нарушение исключительного права. Использование API носило коммерческий характер. Функционально программы истца и ответчика идентичны: ответчик использовал код-декларацию истца без какого-либо изменения в тех же целях, что истец. В таком случае нельзя говорить о трансформативном характере использования.

Верховный суд: использование ответчиком части программы было добросовестным. Верховный суд исходил из того, что Google использовал API с целью разработки новых продуктов. Ответчик стремился расширить использование и полезность смартфонов на базе Android. Его продукт предлагает программистам творческий и инновационный инструмент для разработки приложений для смартфонов. В таком случае использование программы соответствовало целям творческого прогресса, который является базовой ценностью авторского права.

В отношении третьего критерия добросовестного использования (величина и существенность использованной части по отношению ко всему произведению) Верховный суд заметил, что если рассматривать 37 пакетов Sun Java API изолированно, то следует признать, что объем скопированного Google материала является существенным. Используемые строки составляют практически весь код-декларацию, необходимый для вызова сотен различных задач. С другой стороны, если рассматривать весь набор программных материалов в API Sun Java, то можно сделать вывод, что ответчик скопировал незначительную, небольшую часть.

Верховный суд особо подчеркнул, что ответчик скопировал часть кода не для выразительного эффекта, не в связи с ее оригинальности, а потому что программисты уже научились работать с системой Sun Java API, и это было бы сложно, а может быть, и чрезмерно, привлечь программистов к созданию системы Android для смартфонов.

Хотите получать больше полезной информации и интересный кейсов каждый месяц? Подписывайтесь на наш IP-Дайджест!


Читайте IP-юристов в Telegram
Арина Ворожевич

Арина Ворожевич

Партнер, д.ю.н.
Преподаватель на кафедре гражданского права МГУ имени М.В. Ломоносова

Работала старшим преподавателем кафедры интеллектуальных прав МГЮА имени О.Е. Кутафина

Имеет значительный опыт в сфере работы в юридическом консалтинге, опыт работы инхаус-юристом

Являлась юр...
Комментарии временно не доступны

Обращайтесь
к профессионалам!